Tags: Москва

Новости из Москвы.

Оригинал взят у yura_osinin в Новости из Москвы.
На Пасху сняли леса со старообрядческого храма Тихвинской иконы Божией Матери на Серпуховском валу в Москве. И я увидел вот что:

дверь,серпуховка 034.jpg

У этого храма непростая судьба. После СССР он каким-то образом попал в частную собственность и был кабаком. В алтаре находилась барная стойка.
[Краткий экскурс в историю храма:]Оригинал взят у mu_pankratov в Храм Тихвинской иконы Божией Матери на Хавской улице.
Мало кто знает, а на улице Хавской, находится- старообрядческая Тихвинская церковь.
Вот маленькая справочка:
Исторически местность у Хавской улицы была местом проживания старообрядцев. В XIX веке в доме Михайлова находилась моленная, в которой в 1898 году был возведён на кафедру архиепископ Московский и всея Руси Иоанн (Картушин). В августе 1909 года в Московское Губернское Правление общество старообрядцев, приемлющих священство Белокриницкой иерархии (ныне РПСЦ) из прихода моленной Михайловых обратилось с просьбой о разрешении учредить в Москве старообрядческую общину с присвоением ей наименования «Тихвинская старообрядческая община». Заложен храм 21 августа 1911 г.Автором проекта был техник-строитель Н.Г. Мартьянов.
Храм освящён в честь Тихвинской иконы Божией Матери - 18 ноября 1912 года архиепископом Иоанном в присутствии московского городского головы Н.И.Гучкова.

Журнал "Церковь" №47 1912 год




в 1917 году храм передан Тихвинской общине «в вечное и безвозмездное пользование»

в 1922 в храме году изъяты ценности (ризы, кресты, богослужебные сосуды)

в 1923 в общине официально зарегистрировано 60 человек. При храме работает духовное училище.

в 1924 году Моссовет рассматривает просьбы рабочих Даниловской пуговичной фабрики с просьбой о закрытии церкви и передаче её здания под столовую и завода буровых инструментов «Арматреста» с просьбой закрытия церкви с организацией в ней красного уголка завода.

в 1930 году храм закрыт «для передачи под красный уголок заводу «Арматрест».
В феврале того года в музейный фонд вывезли царские врата, более 30 образов XVII века,
складной трехъярусный походный иконостас и 15 больших икон».
Центральная глава была сломана, остались на углах храма четыре декоративные главки с обрешеткой от маковок.
С деревянного шатра колокольни было содрано железо, выжила только обрешетка.

в 1967 году в здании храма склад скобяных изделий
фото 1975г.






в 1980-е годы в здании храма столовая, в начале 1990-х здание с нарушениями законодательства приватизировано и продано Москомимуществом коммерческой организации под гриль-бар



1999г.


В 2003 году храм купил «православнутый бизнесмен» Константин Ахапкин.
Новый владелец категорически отказался передавать здание историческим владельцам и начал реставрацию с целью передачи церкви Русской Православной Церкви Московского Патриархата. Планировалось открыть в здании музей Николая II. Однако, РПЦ отказалась принимать храм после встречи Митрополита Московского и Всея Руси РПСЦ Андриана (+ 2004) с главой ОВЦС МП митрополитом Кириллом. Ситуация превратилась в патовую. Конфликт вокруг церкви освещался средствами массовой информации, но конструктивного решения так и не было найдено.

2006г.

2007г.




Нынче, церковь под замком. Свежие фотографии, можно посмотреть- http://mittatiana.livejournal.com/15827.html


И вот, он уже не кабак, его отреставрировали, водрузили кресты.
Давайте посмотрим каким он был и каким стал. Свое мнение об увиденном я озвучу в конце поста.
Фотки "до" отсюда.
Collapse )

фрагмент из книги "Москва и москвичи" писателя и москвоведа Владимира Гиляровского (продолжение)

Булочники и парикмахеры   (продолжение)

Испуганные небывалым происшествием, москвичи толпились на углу Леонтьевского переулка, отгороженные от Тверской цепью полицейских. На углу против булочной Филиппова, на ступеньках крыльца у запертой двери бывшей парикмахерской Леона Эмбо, стояла кучка любопытных, которым податься было некуда: в переулке давка, а на Тверской -- полиция и войска. На верхней ступеньке, у самой двери невольно обращал на себя внимание полным спокойствием красивый брюнет с большими седеющими усами. Карта

Отмечено на карте:


  • Булочная Филипова (дом не сохранился)

  • Парикмахерская Леона Эмбо (дом не сохранился)

  • Парикмахерская Орлова, или Розанова (в гостинице "Дрезден")

  • Дом московского генерал-губернатора.

  • Леонтьевский переулок

  • Глинищевский переулок

Это был Жюль. При взгляде на него приходили на память строчки Некрасова из поэмы "Русские женщины":

Народ галдел, народ зевал,

Едва ли сотый понимал,

Что делается тут...

Зато посмеивался в ус,

Лукаво щуря взор,

Знакомый с бурями француз,

Столичный куафер.

Жюль -- парижанин, помнивший бои Парижской коммуны, служил главным мастером у Леона Эмбо, который был "придворным" парикмахером князя В. А. Долгорукова.

Леон Эмбо, французик небольшого роста с пушистыми, холеными усами, всегда щегольски одетый по последней парижской моде. Он ежедневно подтягивал князю морщины, прилаживал паричок на совершенно лысую голову и подклеивал волосок к волоску, завивая колечком усики молодившегося старика.

Во время сеанса он тешил князя, болтая без умолку обо всем, передавая все столичные сплетни, и в то же время успевал проводить разные крупные дела, почему и слыл влиятельным человеком в Москве. Через него многого можно было добиться у всемогущего хозяина столицы, любившего своего парикмахера.

Во время поездок Эмбо за границу его заменяли или Орлов, или Розанов. Они тоже пользовались благоволением старого князя и тоже не упускали своего. Их парикмахерская была напротив дома генерал-губернатора, под гостиницей "Дрезден", и в числе мастеров тоже были французы, тогда модные в Москве.

Тверская площадь. Гостиница «Дрезден» (1900-1910)

Половина лучших столичных парикмахерских принадлежала французам, и эти парикмахерские были учебными заведениями для купеческих саврасов.

Западная культура у нас с давних времен прививалась только наружно, через парикмахеров и модных портных. И старается "французик из Бордо" около какого-нибудь Лёньки или Серёньки с Таганки, и так-то вокруг него извивается, и так-то наклоняется, мелким барашком завивает и орет:

-- Мал-шик!.. Шипси!..

Пока вихрастый мальчик подает горячие щипцы, Лёнька и Серёнька, облитые одеколоном и вежеталем, ковыряют в носу, и оба в один голос просят:

-- Ты меня уж так причеши таперича, чтобы без тятеньки выходило а-ля-капуль, а при тятеньке по-русски.

Здесь они перенимали у мастеров манеры, прически и учились хорошему тону, чтобы прельщать затем замоскворецких невест и щеголять перед яровскими певицами...

Обставлены первосортные парикмахерские были по образцу лучших парижских. Все сделано по-заграничному, из лучшего материала. Парфюмерия из Лондона и Парижа... Модные журналы экстренно из Парижа... В дамских залах -- великие художники по прическам, люди творческой куаферской фантазии, знатоки стилей, психологии и разговорщики.

В будуарах модных дам, молодящихся купчих и невест-миллионерш они нередко поверенные всех их тайн, которые умеют хранить...

Они друзья с домовой прислугой -- она выкладывает им все сплетни про своих хозяев... Они знают все новости и всю подноготную своих клиентов и умеют учесть, что кому рассказать можно, с кем и как себя вести... Весьма наблюдательны и даже остроумны...

Один из них, как и все, начавший карьеру с подавания щипцов, доставил в одну из редакций свой дневник, и в нем были такие своеобразные перлы: будуар, например, он называл "блудуар".

А в слове "невеста" он "не" всегда писал отдельно. Когда ему указали на эти грамматические ошибки, он сказал:

-- Так вернее будет.

В этом дневнике, кстати сказать, попавшем в редакционную корзину, был описан первый "электрический" бал в Москве. Это было в половине восьмидесятых годов. Первое электрическое освещение провели в купеческий дом к молодой вдове-миллионерше, и первый бал с электрическим освещением был назначен у нее.

Роскошный дворец со множеством комнат и всевозможных уютных уголков сверкал разноцветными лампами. Только танцевальный зал был освещен ярким белым светом. Собралась вся прожигающая жизнь Москва, от дворянства до купечества.

Автор дневника присутствовал на балу, конечно, у своих друзей, прислуги, загримировав перед балом в "блудуаре" хозяйку дома применительно к новому освещению.

Она была великолепна, но зато все московские щеголихи в бриллиантах при новом, электрическом свете танцевального зала показались скверно раскрашенными куклами: они привыкли к газовым рожкам и лампам. Красавица хозяйка дома была только одна с живым цветом лица.

Танцевали вплоть до ужина, который готовил сам знаменитый Мариус из "Эрмитажа".

При лиловом свете столовой мореного дуба все лица стали мертвыми, и гости старались искусственно вызвать румянец обильным возлиянием дорогих вин.

Как бы то ни было, а ужин был весел, шумен, пьян -- и... вдруг потухло электричество!

Минут через десять снова загорелось... Скандал! Кто под стол лезет... Кто из-под стола вылезает... Во всех позах осветило... А дамы!

-- До сих пор одна из них, -- рассказывал мне автор дневника и очевидец, -- она уж и тогда-то не молода была, теперь совсем старуха, я ей накладку каждое воскресенье делаю, -- каждый раз в своем блудуаре со смехом про этот вечер говорит... "Да уж забыть пора", -- как-то заметил я ей. "И што ты... Про хорошее лишний раз вспомнить приятно!".

Модные парикмахерские засверкали парижским шиком в шестидесятых, годах, когда после падения крепостного права помещики прожигали на все манеры полученные за землю и живых людей выкупные. Москва шиковала вовсю, и налезли парикмахеры-французы из Парижа, а за ними офранцузились и русские, и какой-нибудь цирюльник Елизар Баранов на Ямской не успел еще переменить вывески: "Цырюльня. Здесь ставят пиявки, отворяют кровь, стригут и бреют Баранов", а уж тоже козлиную бородку отпустил и тоже кричит, завивая приказчика из Ножевой линии:

-- Мальшик, шипси! Шевелись, дьявол!

И все довольны.

Еще задолго до этого времени первым блеснул парижский парикмахер Гивартовский на Моховой. За ним Глазов на Пречистенке, скоро разбогатевший от клиентов своего дворянского района Москвы. Он нажил десяток домов, почему и переулок назвали Глазовским.

Лучше же всех считался Агапов в Газетном переулке, рядом с церковью Успения. Ни раньше, ни после такого не было. Около дома его в дни больших балов не проехать по переулку: кареты в два ряда, два конных жандарма порядок блюдут и кучеров вызывают.

Церковь Успения Богоматери на Вражке в Газетном переулке (1881)

Карта

Отмечено на карте:


  • церковь Успения в Газетном переулке

Агапов всем французам поперек горла встал: девять дамских самых первоклассных мастеров каждый день объезжали по пятнадцати -- двадцати домов. Клиенты Агапова были только родовитые дворяне, князья, графы.

В шестидесятых годах носили шиньоны, накладные косы и локоны, "презенты" из вьющихся волос.

Расцвет парикмахерского дела начался с восьмидесятых годов, когда пошли прически с фальшивыми волосами, передними накладками, затем "трансформатионы" из вьющихся волос кругом головы, -- все это из лучших, настоящих волос.

Тогда волосы шли русские, лучше принимавшие окраску, и самые дорогие -- французские. Денег не жалели. Добывать волосы ездили по деревням "резчики", которые скупали косы у крестьянок за ленты, платки, бусы, кольца, серьги и прочую копеечную дрянь.

Прически были разных стилей, самая модная: "Екатерина II" и "Людовики" XV и XVI.

После убийства Александра II, с марта 1881 года, все московское дворянство носило год траур и парикмахеры на них не работали. Барские прически стали носить только купчихи, для которых траура не было. Барских парикмахеров за это время съел траур. А с 1885 года французы окончательно стали добивать русских мастеров, особенно Теодор, вошедший в моду и широко развивший дело...

Но все-таки, как ни блестящи были французы, русские парикмахеры Агапов и Андреев (последний с 1880 года) занимали, как художники своего искусства, первые места. Андреев даже получил в Париже звание профессора куафюры, ряд наград и почетных дипломов.

Славился еще в Газетном переулке парикмахер Базиль. Так и думали все, что он был француз, на самом же деле это был почтенный москвич Василий Иванович Яковлев.

Модные парикмахеры тогда очень хорошо зарабатывали: таксы никакой не было.

-- Стригут и бреют и карманы греют! -- острили тогда про французских парикмахеров.

Конец этому положил Артемьев, открывший обширный мужской зал на Страстном бульваре и опубликовавший: "Бритье 10 копеек с одеколоном и вежеталем. На чай мастера не берут". И средняя публика переполняла его парикмахерскую, при которой он также открыл "депо пиявок".

Страстной монастырь (1890-1900)

До того времени было в Москве единственное "депо пиявок", более полвека помещавшееся в маленьком сереньком домике, приютившемся к стене Страстного монастыря. На окнах стояли на утеху гуляющих детей огромные аквариумы с пиявками разных размеров. Пиявки получались откуда-то с юга и в "депо" приобретались для больниц, фельдшеров и захолустных окраинных цирюлен, где еще парикмахеры ставили пиявки. "Депо" принадлежало Молодцовым, из семьи которых вышел известный тенор шестидесятых и семидесятых годов П. А. Молодцов, лучший Торопка того времени. В этой роли он удачно дебютировал в Большом театре, но ушел оттуда, поссорившись с чиновниками, и перешел в провинцию, где пользовался огромным успехом.

-- Отчего же ты, Петрушка, ушел из императорских театров да Москву на Тамбов сменял? -- спрашивали его друзья.

-- От пиявок! -- отвечал он.

Были великие искусники создавать дамские прически, но не менее великие искусники были и мужские парикмахеры. Особенным умением подстригать усы славился Липунцов на Большой Никитской, после него Лягин и тогда еще совсем молодой, его мастер, Николай Андреевич.

Лягина всегда посещали старые актеры, а Далматов называл его "мой друг".

В 1879 году мальчиком в Пензе при театральном парикмахере Шишкове был ученик, маленький Митя. Это был любимец пензенского антрепренера В. П. Далматова, который единственно ему позволял прикасаться к своим волосам и учил его гриму. Раз В. П. Далматов в свой бенефис поставил "Записки сумасшедшего" и приказал

Мите приготовить лысый парик. Тот принес на спектакль мокрый бычий пузырь и начал напяливать на выхоленную прическу Далматова... На крик актера в уборную сбежались артисты.

-- Вы великий артист, Василий Пантелеймонович, но позвольте и мне быть артистом своего дела! -- задрав голову на высокого В. П. Далматова, оправдывался мальчуган. -- Только примерьте!

В. П. Далматов наконец согласился -- и через несколько минут пузырь был напялен, кое-где подмазан, и глаза В. П. Далматова сияли от удовольствия: совершенно голый череп при его черных глазах и выразительном гриме производил сильное впечатление.

И сейчас еще работает в Москве восьмидесятилетний старик, чисто выбритый и бодрый.

-- Я все видел -- и горе и славу, но я всегда работал, работаю и теперь, насколько хватает сил, -- говорит он своим клиентам.

-- Я крепостной, Калужской губернии. Когда в 1861 году нам дали волю, я ушел в Москву -- дома есть было нечего; попал к земляку дворнику, который определил меня к цирюльнику Артемову, на Сретенке в доме Малюшина. Спал я на полу, одевался рваной шубенкой, полено в головах. Зимой в цирюльне было холодно. Стричься к нам ходил народ с Сухаревки. В пять часов утра хозяйка будила идти за водой на бассейн или на Сухаревку, или на Трубу. Зимой с ушатом на санках, а летом с ведрами на коромысле... Обувь -- старые хозяйские сапожишки. Поставишь самовар... Сапоги хозяину вычистишь. Из колодца воды мыть посуду принесешь с соседнего двора.

Хозяева вставали в семь часов пить чай. Оба злые. Хозяин чахоточный. Били чем попало и за все, -- все не так. Пороли розгами, привязавши к скамье. Раз после розог два месяца в больнице лежал -- загноилась спина... Раз выкинули зимой на улицу и дверь заперли. Три месяца в больнице в горячке лежал...

С десяти утра садился за работу -- делать парики, вшивая по одному волосу: в день был урок сделать в три пробора 30 полос. Один раз заснул за работой, прорвал пробор и жестоко был выдран. Был у нас мастер, пьяный тоже меня бил. Раз я его с хозяйской запиской водил в квартал, где его по этой записке выпороли. Тогда такие законы были -- пороть в полиции по записке хозяина. Девять лет я отбыл у него, получил звание подмастерья и поступил по контракту к Агапову на шесть лет мастером, а там открыл свою парикмахерскую, а потом в Париже получил звание профессора.

Это и был Иван Андреевич Андреев.

В 1888 и в 1900 годах он участвовал в Париже на конкурсе французских парикмахеров и получил за прически ряд наград и почетный диплом на звание действительного заслуженного профессора парикмахерского искусства.

В 1910 году он издал книгу с сотней иллюстраций, которые увековечили прически за последние полвека.

Предыдущая глава

Следующая глава

Москва "Мастера и Маргариты", версия 2.0

Оригинал взят у moscow_i_ya в Москва "Мастера и Маргариты", версия 2.0
Оригинал взят у moscow_i_ya в Москва "Мастера и Маргариты", версия 2.0


Действие бессмертного Булгаковского романа четко привязано к местам, в описаниях которых писатель очень конкретен, и поэтому специалистам удалось определить большинство из них, которые я и связала в единую экскурсию. Это вторая ее версия, объединившая многочисленные посты с фрагментами большого маршрута. Возможно вы пройдете маршрут целиком, возможно что-то пропустите или довольствуетесь каким-то участком - выбор за вами.
Составляя маршрут, я стремилась, чтобы он примерно соответствовал сюжету романа: начать там, где он начинался, кончить тоже. К сожалению, тогда пришлось бы много возвращаться, поэтому получившийся вариант— компромисс между сюжетом и географией Московских улиц. Большинство фотографий сделаны в начале мая, в предпасхальную неделю, то есть, в то же время, что и в романе. Город правда не был в этом году в хорошо знакомом нам состоянии, когда "солнце, раскалив Москву, в сухом тумане валилось куда-то за Садовое кольцо", но весна была ранней и буйной, так что состояние души и погоды примерно соответствовало тому самому, нужному.
Но хватит предисловий. "За мной, читатель!"
Основная траектория: Метро Маяковская — Б.Садовая ул. — сад Аквариум (здесь было Варьете) — Б.Садовая, д.10 (во дворе — нехорошая квартира и музей Булгакова) — Ермолаевский пер. — Патриаршие пруды (без комментариев) — Б.Патриарший пер. — Спиридоновка (путь погони Бездомного за Воландом и его свитой, д.17 — один из кандидатов на дом Маргариты) — площадь Никитских ворот — по Тверскому бульвару до дома 25 (Массолит) и обратно - Тверская улица - Большой Гнездниковский переулок (здесь встретились Мастер и Маргарита) - вернуться к площади Никитских ворот (можно это ответвление пропустить) — Б.Никитская ул. — Ножовый пер. — Малый Ржевский пер., д.6 (лучший на мой вкус кандидат на дом Маргариты) — Б.Ржевский пер. — ул. М.Молчановка (двор дома 10 — 3 скульптуры Рукавишникова к памятнику героям романа) — перейти Новый Арбат — Арбатский пер. — Арбат — Свернуть в Б.Николопесковский пер. (здесь летала Маргарита и громила Дом Драмлита) — Арбат, 54 (Торгсин) — Денежный пер. — М.Левшинский пер. — Мансуровский пер, д.9 (дом Мастера и наверное примерно этим же путем ходила к нему Маргарита — а может и соседними переулками) — Остоженка, д.21 (самый красивый кандидат на дом Маргариты) — 1-й Зачатьевский переулок, д.13 (здесь Бездомный искал Воланда, это мое личное отнесение, в отличие от прочих, найденных в разных источниках) — Пречистенская набережная (здесь купался Бездомный) — дойти до метро Кропоткинская, доехать до станции Воробьевы горы и подняться по канатной дороге к обзорной площадки — вид на Москву с Воробьевых гор (Прощайте!), либо (более короткий вариант) вид на Москву с Патриаршего моста
Collapse )

Храм Рождества Пресвятой Богородицы в Бутырской слободе

Оригинал взят у deletant в Храм Рождества Пресвятой Богородицы в Бутырской слободе

Рассказ о трагической судьбе и трудном возрождении одного из крупнейших московских соборов.
Collapse )

Москва. Лазаревский институт. Армянский переулок 2/6.

Оригинал взят у vittasim в Москва. Лазаревский институт. Армянский переулок 2/6.
Больше двух веков стоит в Москве в Армянском переулке дом Лазаревых. В его стенах размещался знаменитый Лазаревский институт восточных языков или, как его еще называли, Армянское Лазаревых училище, Армянский институт, Переднеазиатскнй институт, Центральный институт живых восточных языков. Сейчас в этом здании находится посольство Армении.



Collapse )

Фотографии старой Москвы в высоком разрешении. Часть 5

Оригинал взят у varlamov.ru в Фотографии старой Москвы в высоком разрешении. Часть 5


Продолжаю публиковать старые фотографии Москвы в большом разрешении. Сегодня у нас всего понемножку. Конечно, заглавная фото сегодня лучшая. Памятная фотография выпускников академии коммунистического воспитания. Обязательно скачайте архив с оригиналами и посмотрите лица. Почти все фото можно свободно использовать. Ссылка на загрузку в конце поста.

В предыдущих выпусках:
Первая часть
Вторая часть
Третья часть
Четвертая часть

Collapse )